Да, это весьма затратно и неэффективно, однако многие так работают. Почему Владыка целой империи не может?
Странное поведение повелителя заставило урга непонимающе нахмуриться. Он уже набрал воздуха в грудь, чтобы озвучить свое недоумение, как по Заклинательному покою внезапно прокатилась волна золотистого свечения, оставив после себя полупрозрачную крылатую фигуру в маске.
Гро’валь’дье! Несмотря на все свое мастерство, знание духов и недавний разговор с данным конкретным Бестелесным, Гхол к его появлению оказался не готов. С обалделым видом он повернулся к К’ирсану и… встретил насмешливый взгляд своего господина. Уж кто-кто, а Владыка происходящее сюрпризом точно не считал.
У магов заломило виски, и они, переглянувшись, позволили мысленному сообщению гро’валь’дье – больше похожему на крик – войти в их разумы. Мархуз знает как воспринимал послание духа Гхол, но перед внутренним взором К’ирсана замелькали смазанные картинки. Хаотичные, бессистемные и слишком расплывчатые – Кайфат понимал Бестелесного с пятого на десятое.
– Вроде бы еще гро’валь’дье предлагает Владыке право на три призыва для всех его кровных наследников вплоть до десятого колена… – немного неуверенно сообщил гоблин спустя какое-то время.
– А что еще скажешь? – спросил К’ирсан подозрительно.
Гхол тяжело вздохнул.
– Да почти ничего, – сказал он, полуприкрыв глаза рукой. – Тут столько всего намешано, что не разобрать. Только одна картинка ясно и видна: нечто вроде храма, старого храма. Который находится… точно! Который находится в Харне. Название не знаю, но уверен, что на карте показать смогу… – Ург потер виски. – Что-то важное с этим храмом связано, настолько важное, что… тебе, Владыка, надо обязательно туда заглянуть. И как можно скорее.
К’ирсан, который уже успел оценить интерес одного своего немертвого врага к древним святилищам, содержанию послания гро’валь’дье почти не удивился. И немедленно поставил первым в своем списке дел визит по указанному адресу.
– Достойная плата, – наконец кивнул К’ирсан, обращаясь к замершему точно истукан крылатой обитательнице Верхнего мира. – Но понимаешь ли ты, дух, чем тебе придется пожертвовать?
Кайфат вроде бы говорил тихим спокойным голосом, но было в нем что-то такое, из-за чего Гхола передернуло, а Бестелесная заметно отшатнулась. Однако К’ирсану не было дела до страхов других. Он поднял руку ладонью вверх, сформировал над ней объемный образ своего Истинного имени и с намеком протянул гро’валь’дье.
Надо отдать Бестелесной должное: она не стала мяться или тянуть с решением. С явной готовностью гро’валь’дье накрыла узкой ладонью знак К’ирсана и твердо посмотрела в глаза Владыке. Своему будущему Владыке.
– Очень хорошо… – произнес К’ирсан, не сводя взгляда с духа. – А теперь вложи в мою печать свое желание служить, скрепи его Силой и поклянись священным ихором… – На лице сама собой заиграла неприятная усмешка. – И ты получишь свою защиту!
* * *
Новость о необходимости «заглянуть» в Харн никак не нарушила планов К’ирсана и не вызвала особых изменений в его рабочем графике. Он давно уже собирался проехаться по захваченным землям и посмотреть на настроения в Южной армии, попытаться понять своих новых подданных и разобраться с истинными причинами этой затянувшейся кампании.
Сборы были недолгими. Попрощался с женой и сыном, привычно уже вызвал из небытия двойника и разместил его в тронном зале, оставил распоряжения для первого министра и остальных членов Королевского совета, затем собрал телохранителей, десяток магов, роту Шипов и две роты солдат ордена да и отбыл во главе этой кавалькады из надоевшей столицы. Ни тебе пышных проводов, ни гигантского обоза со всеми мыслимыми удобствами… Иные корольки из Вольных баронств демонстрировали во время своих отлучек из дворца больший шик и помпезность, чем правитель Сардуорской империи! Хотя чего удивляться. Он ведь не изнеженный царедворец, для которого любой отъезд из привычного дворца сродни вселенской катастрофе. Несмотря на все случившиеся в его судьбе изменения, К’ирсан оставался прежде всего привычным к тяготам походов воином и лишь затем являлся императором.
Дальше последовали несколько дней изматывающей скачки, пока сводный отряд во главе с Владыкой не пересек бывшую границу между Западным Кайеном и Харном и не ступил в новые земли.
Тьма ведает что К’ирсан подсознательно ожидал увидеть по ту сторону межи, но первое впечатление от завоеванных территорий было… разочаровывающим. Те же нищие деревеньки с голодающим населением, что и на юге Зарока или Саурмы, та же растрескавшаяся земля на полях, почерневшие от засухи растения, те же словно вымершие тракты и города, полные развалин домов и со следами обширных пожаров. То здесь, то там, правда, встречались следы деятельности команд чародеев из Корпуса и знатоков Астрала из Круга шаманов – повелители волшбы уже взялись за работу, выравнивая нарушенный некими силами баланс мира духов. Но их воздействие на обстановку было пока минимальным. Слишком мало прошло времени, чтобы сравнивать хотя бы с положением дел в том же Западном Кайене.
Один раз на авангард Шипов, разведывающих дорогу, напала большая шайка разбойников. Истерзанные голодом и разрухой люди наравне с обычными преступниками или дезертирами с готовностью вливались в ряды любителей легкой наживы, так что бандитов на просторах Харна развелось немало. Разъезды стражи пытались этому как-то противостоять, и небезуспешно, но до окончательной победы было еще далеко… И одна такая команда головорезов рискнула атаковать солдат Кайфата. Теперь уже не разобраться, какая мистическая сила заставила разбойников связаться с профессиональными военными – надежда на то, что в их лапы попала охрана какого-нибудь особенно богатого купца, отсутствие опыта или же попросту безумная жажда уничтожать всех чужаков, – но итог столкновения был закономерен. Двое Шипов отделались легкими ранениями, а убийцы и насильники прямым ходом, без остановок, отправились в Нижние миры. Дикий сброд хорош против простых караванщиков и землепашцев, но никак не против бойцов, подготовленных для сражения с сильнейшими армиями Торна. Особенно если они вооружены артефактами и прекрасно умеют работать клинками.
Ни К’ирсан, ни его маги так и не успели вмешаться – армейцы справились без чародеев. Грабителям даже не помог харнский метатель огня. Он хоть и успел плюнуть в бойцов Владыки несколькими сгустками всесжигающего пламени, но колдовские снаряды увязли в Стене Щитов, а сам артефакт тотчас был подбит метко выпущенным пульсаром. Выброс Силы, случившийся из-за разрушения чародейского механизма, обратил в пепел не менее десятка разбойников и окончательно поставил крест на их желании сражаться. Битва превратилась в избиение.
Больше подобные эксцессы не повторялись. Более того, не приходилось проезжающему по городам и селам Харна императорскому кортежу сталкиваться и с какими-либо проявлениями недовольства среди населения. К’ирсан, ранее подозревавший членов Совета в излишнем оптимизме при разговоре об отношении харнцев к захватчикам, лично убедился
